Бедность не порог: что случится с МРОТ после отмены потребкорзины

Бедность не порог: что случится с МРОТ после отмены потребкорзины
Бедность не порог: что случится с МРОТ после отмены потребкорзины
logo
Бедность не порог: что случится с МРОТ после отмены потребкорзины
Фото из архива ИА "Комиинформ"

Министерство труда и социальной защиты РФ предложило упразднить привычный институт потребительской корзины. Также в ведомстве намерены отказаться от определения величины прожиточного минимума раз в квартал. Как предлагаемые новшества повлияют на наши зарплаты и на МРОТ? Снизится ли от этого число бедных в России? Подробности — в материале "Известий".

Изменение прожиточного минимума

Проект приказа Минтруда об упразднении института потребительской корзины размещен на федеральном портале проектов нормативно-правовых актов. Также в министерстве намерены отказаться от ежеквартального установления величины прожиточного минимума в РФ. С 1 января 2021 года прожиточный минимум россиян уже определяется не по "корзинке", а по медианному доходу. Это условный показатель, по которому всё работающее население страны делится пополам: у половины доход выше, у другой ниже него. В министерстве рассчитывают на то, что прожиточный минимум будет зависеть от уровня доходов большинства граждан страны и повышаться по мере их роста. Медианный среднедушевой доход в большей степени отражает реальные доходы граждан и стандарты потребления. Прожиточный минимум определен сегодня как 44,2% от среднедушевого медианного дохода.

Прежде прожиточный минимум считался на основании стоимости продуктов, включенных в потребительскую корзину. Эта методика часто вызывала нарекания, поскольку в потребительскую корзину были включены только самые простые продукты питания, а сам набор продуктов субъективен и не отражает меняющихся стандартов потребления. Отказываясь от такой модели, Россия становится в ряд с другими развитыми странами, где потребительская корзина для определения прожиточного минимума уже не используется, так как не отражает реальных потребностей их населения.

— В связи с принятой в прошлом году новой моделью установления прожиточного минимума и минимального размера оплаты труда продолжается актуализация действующей нормативной базы. С учетом этих изменений и корректируется ряд нормативных актов, в которых используется устаревшая методика расчета прожиточного минимума, — пояснили в Минтруде.

В частности, Минтруд России совместно с Росстатом разработал проект приказа о признании утратившим силу перечня продуктов питания, который использовался для определения уровня потребительских цен на продукты питания при исчислении величины прожиточного минимума, в связи с переходом на новую модель расчета прожиточного минимума.

Что перемены нам готовят

Упразднение института потребительской корзины должно привести к повышению эффективности определения прожиточного минимума, полагают эксперты Санкт-Петербургского государственного экономического университета (СПбГЭУ). Новая методика расчета, по их мнению, является более прогрессивной, она исключает манипуляции со стоимостью потребительской корзины за счет включения в нее дешевых товаров или услуг, которые могут и не приобретаться населением.

Есть две главные причины, по которым Минтруд решил поменять методику определения прожиточного минимума и МРОТ. Первая — расчеты правительства показали, что только в 13 регионах России прожиточный минимум соответствует федеральной методике. В 11 регионах (среди них Москва, ХМАО, ЯНАО, Мурманская область, Карелия) он выше, в 61 регионе — ниже условной федеральной нормы минимального потребления. Вторая — прожиточный минимум в России с 2016 года составляет всё меньшую часть медианных доходов населения. Если ничего не менять, указывают эксперты, то его вес будет снижаться и далее, потому что сейчас гарантированный государством минимум не привязан к росту зарплат в стране.

Поскольку федеральный закон №473-ФЗ установил, что прожиточный минимум устанавливается в процентах к медианному доходу, а не по стоимости потребительской корзины, как прежде, то потребительская корзина теряет смысл, и ее отмена вполне логична, отмечает профессор экономического факультета Новосибирского государственного университета (НГУ) Константин Глущенко. Однако стоимость потребительской (точнее, продовольственной) корзины рассчитывалась по фактическим ценам, то есть отражала уровень цен в регионе.

— Каким образом и на какой основе будет теперь осуществляться дифференциация прожиточного минимума по регионам, пока совсем неясно, — подчеркивает эксперт.

— Так как цены на продукты питания росли быстрее, чем цены на непродовольственные товары и услуги, входящие в ИПЦ (индекс потребительских цен), то стоимость прожиточного минимума росла темпом продуктовой инфляции. Видимо, решили, что это непорядок. Теперь будем устанавливать его раз в год и исходя из прошлогоднего среднедушевого дохода (и целый год не корректировать на инфляцию), — разъясняет доцент факультета экономики Европейского университета в Санкт-Петербурге Юлия Раскина.

Бывший министр труда и соцразвития РФ, депутат Госдумы Сергей Калашников полагает, что после нововведений Минтруда изменится и статистика по бедности.

— У нас по медиане может получаться так, что теперь многие бедные будут среднебогатыми. В этом проблема медианного подхода. Ведь бедных у нас действительно намного больше, чем богатых. Медианный подход лишь даст официальное снижение бедности по статистике. Так сложилось, что средняя зарплата всегда занижена по отношению к бедным слоям населения. Именно поэтому и медиана в России всего лишь чуть более 40%, а в тех же западных странах — 60%, — сказал Калашников.

После новых правил Минтруда официально бедных станет меньше, но ситуация пока, увы, не изменится, подчеркивает депутат.

— Как видим, в основу расчета теперь положен медианный доход. Однако профсоюзы продолжают настаивать на том, что сам этот показатель должен рассчитываться по согласованным методикам и открыто публиковаться, — говорит президент Конфедерации труда России и член Совета при президенте РФ Борис Кравченко.

Заживем как среднебогатые

В западных странах представление о бедности базируется не только на удовлетворении минимальных потребностей, но и на отсутствии доступа к тем или иным благам и услугам. Возможно, для определения реального уровня прожиточного минимума эффективнее исходить из среднедушевых доходов населения России, рассуждает специалист экономического факультета РУДН Алена Массарова. По данным Росстата, в прошлом году среднедушевой денежный доход в стране составил 35 361 рубль.

— И если применить относительную концепцию определения бедности, которая используется во многих развитых странах (50% от среднедушевого денежного дохода, т.е. 17 680,5 рубля), уровень бедности в России вырастет в разы, — уверена Массарова. — Но к такому формату расчета прожиточного минимума Россия все-таки еще не готова.

Между тем, по словам Раскиной, все нововведения Минтруда свидетельствуют о том, что Россия перешла с абсолютного подхода к определению черты бедности (удовлетворение базовых нужд, минимальных жизненных стандартов) на относительную черту бедности — определенный процент от макропоказателя дохода.

— Богатые, развитые страны, как правило, поступают именно так — привязывают порог бедности к уровню жизни в стране. Если уровень жизни растет, то и порог бедности растет, — уточняет эксперт.

— Относительный подход к определению бедности применяется, например, в странах Евросоюза, — говорит ведущий научный сотрудник Института социального анализа и прогнозирования (ИНСАП) РАНХиГС Елена Гришина. — Однако там уровень бедности определяется как доля населения с доходами ниже 60% от медианного дохода, а не ниже 44,2% от медианного дохода, как установлено в России. В отдельных странах для различных типов домохозяйств разрабатываются минимальные стандарты доходов — минимумы, обеспечивающие поддержание определенного стандарта жизни. Эти минимальные стандарты могут использоваться как для установления МРОТ, так и для определения лиц, нуждающихся в социальной поддержке.

У медианного подхода есть и решительные противники. Бывший министр труда и социального развития РФ, член законодательного собрания Санкт-Петербурга Оксана Дмитриева считает, что России нужно переходить скорее не к медианным, а к среднеарифметическим зарплатам. В пример она приводит условный расчет.

— В настоящее время медианный доход меньше среднеарифметического примерно на 20–25%. Возьмем для примера четырех человек и посчитаем медианный доход и средний доход. Один человек получает 1 рубль, второй — 10 рублей, третий — 101 рубль, четвертый — 1000 рублей. Медианный доход будет составлять 100 рублей, зато средний — 278 рублей.

— В России слишком много бедных, и две трети у нас имеет доход ниже среднего арифметического. При использовании медианного подхода существенно занижаются показатели прожиточного минимума. Чем больше неравенство, чем больше разница между полюсом богатых и всеми остальными, тем больше медианный доход отличается от среднего. Поэтому в России прожиточный минимум, исчисленный по медианному доходу, будет ниже, чем при расчете от среднего, — объясняет Дмитриева.

То ли МРОТ, то ли не тот расчет

В соответствии с новыми правилами МРОТ сейчас составляет 42% медианной зарплаты, или 12 792 рубля. По сравнению с прошлым годом зарплата выросла на 5,5%. Ее увеличение коснулось 3,9 млн работающих россиян, из которых 1,8 млн человек — бюджетники, 2,1 млн — работники внебюджетного сектора. Закон запрещает снижать МРОТ даже при уменьшении медианной заработной платы.

— Будет ли теперь МРОТ выше, чем был бы при прежней методике (в привязке к потребительской корзине), пока сказать сложно, — говорит ординарный профессор факультета экономических наук НИУ ВШЭ Марина Колосницына. — Пока что впечатление такое, что коэффициент 0,42 выбран именно с целью сохранить МРОТ примерно на прежнем уровне.

Если в прошлом году федеральный МРОТ был 12 130 рублей, то в текущем году он оказался равным 12 792 рублям, что с поправкой на инфляцию то же самое, замечает эксперт ВШЭ.

— Теоретически, если медианная зарплата вдруг будет существенно расти в этом году, то на будущий год МРОТ тоже вырастет. Однако никто не мешает правительству через год изменить коэффициент с 42% на, скажем, 37%, — отмечает экономист.

— Так же, как и в случае с МРОТ, коэффициент 44,2% подобран таким образом, что прожиточный минимум по стране практически не изменился в текущем году в сравнении с прошлым годом (11 653 рубля в 2021 году против 11 301 рубля в 2020 году), — говорит Марина Колосницына. — Если доходы малообеспеченных семей в нынешнем году будут хоть как-то расти (в частности, за счет расширения программ социальной помощи), то бедность станет сокращаться. Заметим, что если бы в качестве черты бедности (прожиточный минимум) мы взяли бы 50% или 55% от медианного дохода, как это делается в большинстве стран, использующих относительный подход, мы получили бы автоматический рост бедности.

Вероятнее всего, Министерству труда и социальной защиты населения было бы правильнее оставить старую методику определения прожиточного минимума, расширив при этом структуру потребительской корзины, так как экономика РФ еще в полной мере не готова к новому переходу, убеждена доцент кафедры экономики труда СПбГЭУ Елена Акимова.

— Стоит обратить внимание на то, что в развитых странах в состав потребительской корзины также включаются расходы на образование, здравоохранение, досуг, питание вне дома, аренду жилья и другие потребности, в полной мере отражающие образ жизни современного человека, чего нельзя было сказать про пока еще действующую у нас потребительскую корзину, — говорит Акимова. — В связи с этим полагаю, что для России был бы оптимален путь включения новых статей расходов в потребительскую корзину и поднятия прожиточного минимума до адекватной величины, а не переход на новую методику его расчета.