Андрей Расторгуев: «Комиинформ» был рожден как политический проект»

Андрей РасторгуевОдин из первых главных редакторов «Комиинформа» Андрей Расторгуев рассказывает, почему ушел из Госсовета, вспоминает 90-е и рассуждает о конкурентоспособности провинциального информагентства сегодня.

Тогда: руководитель пресс-службы Государственного Совета РК, затем – в 1998-1999 гг – главный редактор «Комиинформа»

Сейчас: начальник отдела информационной политики Уральского государственного университета имени А.М. Горького, председатель Екатеринбургского отделения Союза писателей России, кандидат исторических наук

…Как известно, людей, которые несли вместе с Лениным бревно на субботнике, если судить по их воспоминаниям, было больше, чем могла вместить Красная площадь, с которой эти бревна убирали. В случае с «Комиинформом», к счастью, не так. У самого истока действительно оказались трое – Павел Кочанов, Андрей Расторгуев и Анатолий Родов (по алфавиту).

Идея вытекала из самой жизни и, по-моему, как это часто водится, витала в воздухе. Информационное пространство на глазах разрывалось, республиканские газеты все больше становились только столичными, а поток информации о работе Главы республики и Госсовета надо было доводить до читателей и за пределами Сыктывкара. Этот же поток вместе с другой информацией о жизни республики надо было выводить и на Москву, которая сама по себе интересовалась регионами все меньше.

Поделился идеей с Павлом – и в том же разговоре возникла мысль о возможной окупаемости: мол, агентство может получать в обмен на свою информацию определенные площади в местных газетах и пытаться продавать их рекламодателям. И мысль обратиться за поддержкой к связистам появилась вроде бы тогда же. Именно у них Павел потом, насколько помню, нашел техническую возможность оперативной передачи информации – своеобразную предтечу нынешней электронной почты.

До сих пор ощущаю, что после того разговора возникло некоторое соперничество. Но, так или иначе, а до реализации довели идею именно Кочанов и Родов – как вариант просто потому, что по роду своей деятельности гораздо теснее общались с Главой РК. Советовались они, насколько понимаю, и с тогдашним собкором ТАСС Виктором Макаровым. Так что непосредственно в дело я включился, когда уже прошел организационный период, и надо было редактировать первые информационные ленты. Это было просто интересно, в том числе в профессиональном отношении, давало ощущение причастности к новому важному делу, а кроме того – и некоторый приработок. Так что энное количество вечеров после работы до глубокой темноты я провел в агентстве. То же делали Виктор Макаров, Владимир Овчинников и Неля Мурыгина.

Как-то, уже в новом веке, Юрий Алексеевич Спиридонов мне сказал: «Ты же так хорошо начинал, чего тебя в философию потянуло?» Сегодня, оглядываясь и на свой уход из Госсовета, и на отказы от возвращения, высказанные сначала тому же Спиридонову, а потом и Владимиру Александровичу Торлопову, понимаю лучше, от чего именно отказался. И все-таки, проверяя себя, прихожу к выводу, что был, скорее, прав – во всяком случае, по отношению к своему собственному миру. А тогда казалось, что пришедшее в движение общество не заглохнет, что есть еще время испытать что-то новое, а потом уже, с новым опытом, и на госслужбу вернуться…

Этим новым, в том числе, было участие в кампании выборов Президента РФ 1996 года в составе команды, которая, казалось, могла горы свернуть. Похоже, успех этой команды в результате и стал причиной ее фактического разгона – слишком эффективный инструмент нельзя было оставлять в руках одного из возможных претендентов на будущих выборах Главы. Тогда-то я и оказался главным редактором «Комиинформа», который к тому времени из частного стал государственным – и, в общем-то, тоже инструментом.

В общем, мой уход из Госсовета с «Комиинформом» напрямую не связан, и формально я проработал в агентстве недолго – около года. Но жизни отдал агентству гораздо больше, испытывая удовольствие и от рождающегося на глазах результата, и от возможности «натаскать» учеников – в том числе тех, кому в Сыктывкарском университете читал лекции по журналистике, а потом приглашал в агентство. Судя по тому, что они, уже заматерев, занимают сегодня заметные позиции в медийном корпусе республики – чему-то я их, кажется, научил.

Так что хорошее было время. И ушел я отчасти от тяготившего ощущения, что главный редактор в агентстве отнюдь не главный, а более того – от необходимости найти зарплату, превышающую потолок пресловутой бюджетной тарифной «сетки». Как говорил нам на журфаке один старый профессор, цитируя своего старого профессора: «Журналист должен зарабатывать на хлеб ш машлом…» А в «Комиинформе» слой масла был отнюдь не велик.

Впрочем, стремясь не выпадать из журналистской практики, я и потом поддерживал связи с агентством, и даже аккредитовывался от него при Главе республики. Пока после известной отставки Ельцина с поста Президента меня не осенило, что его уход – лишь начало смены элит, в том числе в Республике Коми… О чем напрямую и написал в «Молодежи Севера» – и вскоре моя аккредитация была тихо-тихо отозвана. Философия чревата, но вспомнить, право же, есть о чем…

Так что в моих воспоминаниях об агентстве есть место и размышлениям о несвободе СМИ, и о чиновной суетливости. О 90-х же плохо не думаю – как-то мне удалось пережить их сравнительно спокойно: и семью прокормить, и второе высшее получить, и пофилософствовать тоже. Сегодня последнее обходится куда дороже.

Что касается агентства нынешних времен, то, во-первых, оно, на мой взгляд, не должно быть провинциальным. Это слово для меня относится, прежде всего, к уровню мышления, кругозору. Вопрос, можно ли добиться этого в провинции, стоит, на мой взгляд, одинаково остро и в лесах Коми, и в Уральских горах. А вот как добиться – каждый ищет способы сам.

Впрочем, этот уровень, к сожалению, далеко не всегда сказывается на конкурентоспособности агентства. Или, во всяком случае, ее определяет еще множество факторов. Например, достаточное количество возможных потребителей информации, причем могущих и желающих платить за нее. Или значение самого региона в ряду многих субъектов федерации.

То есть вопрос о том, может ли информационное агентство окупаться само по себе – открытый, причем не только в Сыктывкаре, но и в Екатеринбурге. Здесь на моих глазах пытаются выживать и развиваться около десятка агентств, которые в свое время подобно «Комиинформу» были рождены как политические проекты. И, похоже, наибольшего успеха добилось самое желтое, не брезгующее методами информационного шантажа. Однако подобной неразборчивости в средствах лично я «Комиинформу» не желаю – как, конечно, и чрезмерной услужливости по отношению к учредителям. Коленопреклоненность СМИ позволяет добиваться лишь кратковременного эффекта, а доверие аудитории завоевывается стремлением к объективности – насколько таковая вообще возможна в нашей работе.

Видео





Индекс цитирования Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru Статистика Система Orphus
Смотреть видео